ПОВЕСТЬ. ТВОИМИ ГЛАЗАМИ. ГЛАВА 1. ЗЕРКАЛЬНЫЕ БЛИЗНЕЦЫ
Яркий мягкий свет в большом параллелепипеде на плоской площади приглашает зайти, не потому что ты долго шел, устал, заслужил и победил вопреки всему, а потому что ты сыт и хочешь развлечений.
Твои эмоции в предвкушении прекрасного, самого лучшего из доступного в этом мире - спокойны, светлы и радостны, находятся в спектре понятном и приятном во всех отношениях. Объем, из которого струится свет, состоит практически из одного стекла, как будто здесь не бывает бурь, снега, холода и желания разрушать.
Это Линкольн центр в Нью Йорке, который в 1959 году основал Президент Эйзенхауэр для получения человеком удовольствия от общения с искусством. Американцы - прагматики, есть удовольствие - приходят люди, нет удовольствия - не приходят люди.
В том же году руководитель Советской страны Никита Сергеевич Хрущев, впервые выехав в противоположный мир не на танке, а с визитом доброй воли, проведя в Америке две недели, дал распоряжение о строительстве Кремлевского дворца съездов в Москве.
То ли американский архитектор - Максим Абрамович (Макс Абрамовиц), проектировавший Линкольн центр, и его московский коллега - Михаил Посохин, создававший Кремлевский дворец съездов, были большими друзьями и шутниками, то ли оба они были поклонниками таланта великого зодчего Ле Корбюзье, но здания удивительно похожи, как братья.
Прозрачные просматриваемые насквозь фасады гигантских параллелепипедов-фонарей из стекла и бетона имеют свободные пространства этажей, и украшены огромными яркими мозаичными панно, хрустальными люстрами и открытыми парадными лестницами.
Если Линкольн центр открыт и доступен для каждого, то Кремлевский дворец защищен со всех сторон высокими крепостными стенами и башнями древнего Московского Кремля, и прийти в него, до недавнего времени, могли
только избранные, заслужившие это право долгим и упорным трудом или совершившие подвиг. Большинство из них были романтиками, они собирались там на свои съезды, вносили свои знамена, пели все вместе гимны, строили самую лучшую страну в мире, жить в которой могли только герои вопреки всем и всему. Не стало страны, и умерли романтики-герои, а Москва, Кремль и Кремлевский дворец остались.
Вечные соперники-братья: живущий и живущий вопреки другому, в одном времени и в разных пространствах. Им, чтобы принять и понять друг друга, надо слиться, преломить пространство, как будто лист бумаги по черте, разделяющей зеркальных близнецов.
