Sofia Agacher (sofia_agacher) wrote,
Sofia Agacher
sofia_agacher

ПОД ЗНАКОМ БЕЛОЙ ВОЛЧИЦЫ. ГЛАВА 1. АННА. НАЧАЛО.

     

Вьюга стучала бедой в окна и пугала дом, где на скамеечке у открытой дверцы изразцовой печи сидела женщина, прижимая крылом пухового платка к себе девочку, и рассказывала ей сказку. Женщину звали Анна, в ее зеленоватых глазах и рыжеватых прядях волос плясали маленькие огненные саламандры, она как будто вытягивала их из огня, в котором старалась что-то разглядеть. Вся ее поза: наклон головы, прямая спина, сжатые маленькие руки выдавали необычайное напряжение и тревогу. Ноги ее, обутые в мягкие, короткие, из овечьей шерсти валенки, стояли на листе железа, защищавшем пол от периодически выстреливающих из печки искр и угольков. На коленях женщины лежала голова девочки лет девяти, ее внучки, Вероники. Волосы девочки, лунного цвета, были заплетены в две косы, а в глазах плясали отблески огня. Бабушка произносила слова сказки, но их никто не слушал. Девочка и женщина прижались друг к другу и вслушивались в звуки, которые приносил ветер. Они ждали, молились и надеялись на чудо, стараясь не показывать тревогу, которая свернулась кошкой у огня и скребла их сердца.                        
[Spoiler (click to open)]
Дело в том, что муж Анны и дед Вероники, Петр Дмитриевич, еще утром ушел на лыжах в лес, за елкой для внучки, к Новому году. Пушистую красавицу он присмотрел заранее, росла она недалеко от урочища Замостье, на берегу речки Брагинки - притока Днепра. Взял с собой, как обычно,  ружье, санки и немецкую овчарку Лялю. Лес он знал хорошо, рос вместе с ним, любил и понимал его, вернуться должен был засветло, но началась пурга. Анна знала, что вьюгу разумно было переждать, где нибудь у городища или под елью, вот, наверное, он поэтому и задерживался. Знала, но не верила в это. " Что-то случилось!"- крутилось у нее в голове. Была она женщиной миниатюрной, но сильной и смелой. Никто никогда не видел, чтобы она плакала. Наконец-то снег перестал идти, а завывания, скорее всего ветра, все четче стали напоминать лай волка или большой собаки.
- Ника, милая, ты ведь смелая девочка, посиди тихонько одна, я прошу тебя. Мне надо пойти проверить, что это за звук, как будто собака лает. Может дедушка с Лялей вернулись, а попасть в дом из-за сугробов не могут. Надо снег до калитки расчистить и открыть ее,- сказала Анна, накинула платок на плечи девочки, встала и пошла к двери.
Работы женщина не боялась никакой, и быстро двигая лопатой, расчистила проход до калитки, уже точно зная, что это лает овчарка, которая вернулась одна. Собака ткнулась мордой ей в лицо, а потов схватив зубами за рукав, потянула в ночь.
- Ты одна вернулась - вижу, скулишь? Раз в лес тянешь, значит жив Петр, за помощью пришла. Подожди, надо санки взять, упряжь, ружье, к соседу сходить, взять его с собой в лес, а то моих силенок может не хватить. Пошли, пошли в дом, покормлю тебя, умница, ты моя, - разговаривала Анна с собакой ласково и четко.
Ляля, точнее Ляля вторая, была потомком немецкой овчарки, которую привез Петр Дмитриевич из Германии осенью сорок пятого. Ляля первая была его фронтовым другом и спасителем. Собака была похожа на свою немецкую бабку, как две капли воды - высокая, сильная, умная, черная, почти без рыжих подпалин и очень преданная хозяину. Эта преданность и любовь перешла к ней по наследству.
Женщина и собака зашли в дом. Анна сбросила тулуп, взяла ухват и достала  из печи чугун со щами, из которого вытащила большую кость с мясом, положила ее в миску и поставила перед собакой. Та сидела спокойно и неподвижно, не проявляя никаких признаков нетерпения или голода. Выдержка и порода - превыше всего!
- Ешь, ешь, можно, ты заслужила, да и впереди у тебя трудная ночь, - отдала команду Анна и заспешила в другую комнату посмотреть внучку. Девочка спала на кровати, накрывшись пуховым платком, и обнимая кошку. Огонь догорал в грубке, наполняя пространство уютом и покоем, разгоняя боль и тревогу. Кошачьи глаза засветились.
- Маруся, остаешься за старшую, Ника должна спать до моего возвращения. Мы к утру вернемся,- тихо поучала кошку Анна.
Хозяйка положила в вещевой мешок хлеб, веревку, фляжку с водочной настойкой, самовар, топорик, мешочки с травами, фонарик, сняла со стены упряжь и надела ее на собаку. Эту упряжь сшил сам Петр Дмитриевич, когда Нике и Ляле было по году. Овчарку запрягали в санки и катали девочку. Так и росли они вместе, обожая друг друга. Собака стала для девочки заботливой няней и верным другом.
Анна открыла из избы дверь, выпустила  собаку, выставила санки, взяла лыжы и вышла в ночь. Женщина ходила на лыжах с детства, могла стрелять из охотничьего ружья, много знала про зверье разное. Односельчане ее побаивались и слушались во всем, и не только потому, что скот домашний лечила, но и потому что умела с животными разговаривать. Поговаривали, что как-то по-молодости, украл сосед у ее отца кобылу вороную со звездочкой во лбу. Очень привязан старик был к лошади, жеребенком ее выхаживал, в дом брал, самый вкусный кусок нес всегда любимице своей, а когда обнаружил, что украли, то плакал горько-горько и беспомощно, как ребенок. На следующий день после кражи Анну видели в лесу с волком, а ночью волки телочку у соседа задрали, потом на другой день корову его от стада они же отбили, других коров не тронули, а его увели. После этого пришел сосед к Анненому отцу в дом, стал на колени, повинился, что это он вороную украл и продал, и деньги все от продажи до копеечки отдал. С того случая за Анной и закрепилась слава ведуньи, а она только смеялась и отвечала на это:
- Странные вы, люди, у леса живете, а разговаривать со зверьем и понимать его не можете. Хотя чему удивляться, вы и друг с другом то не очень ладите.
Женщина и собака с санками добрались до ближайшего дома и постучали. Окно засветилось, щелкнула щеколда, дверь открылась:
- Ты, что ли соседка? Случилось что? Заходи в хату, - проговорил крепкий седой мужчина, пропуская Анну.
- Здравствуй, сосед! Прости, что разбудила, беда у меня! Петр из лесу не вернулся еще, собака одна пришла. Помощь твоя нужна, боюсь, что не вытащу я одна мужика своего, снега много. Идти надо сейчас, пока вьюга не началась опять, да и замерзнуть он к утру может.
- Хорошо, оденусь сейчас и соберусь. Может еще мужиков возьмем с собой? Ночь ведь на дворе, волки могут напасть.
- Спешить надо, время дороже, а волков не бойся, ты же знаешь, они нас не тронут.
- Как скажешь, соседка, как скажешь, с тобой не соглашаться - себе дороже станет.
- А еще, жене своей скажи, что внучка у меня дома одна, мало ли.
- Не волнуйся за девочку, моя за ней присмотрит.
- Спасибо, тебе, Павел, храни тебя, Господи!
Tags: ПОЛЕСЬЕ., Под знаком белой волчицы, повесть
Subscribe

Posts from This Journal “Под знаком белой волчицы” Tag

promo sofia_agacher november 9, 2016 13:41 48
Buy for 50 tokens
В 9 ( сентябрьском), 10 ( октябрьском), 11( ноябрьском), 12 (декабрьском) 2016 года и в 1 (январском) журналах " Юность " напечатаны мои первые шесть рассказов: " Будущее в прошедшем", " Гиблое место", " Зависть Богов" и " Сердечко с…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 79 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →